Это больше, чем скандал. Это провокация в отношении партнёра. Это профанация добрососедства. Это имитация уважения закона и прав собственности. Это мумификация старых экономических укладов. Это эскалация напряжения в регионе. Это вульгаризация фундаментов Европейского Союза. Это эксгумация трупа разрушительного торгового протекционизма. Это радикализация сил, которые ослабляют Украину, соответственно, играют на руку её врагам. Это профанация идеи свободной торговли и того режима, который Евросоюз предоставил Украине. Это деморализация людей, которые верят в праведность Европы и победу Добра над злом. Всё это – острый конфликт на польско-украинской границе. Категорически нельзя говорить, что «во всём виноваты поляки» или «во всём виноваты украинцы». Нельзя использовать названия наций, народностей, стран всуе. У каждой, даже самой острой проблемы есть конкретные авторы, деятели и участники. В данной ситуации замес сделали отдельные представители аграрного бизнеса Украины, работающие под прикрытие иностранных юрисдикций, отдельные представители польского фермерства, а также полисимейкеры Украины, Польши и Европейского Союза.
Начнём с аксиом. Они в совокупности – отправная точка для дискуссии, для решения любой проблемы, для определения ценности или вреда того или иного действия.
Первая аксиома: нацистская Россия – агрессор. Она – прямая, явная угроза для Европейского Союза. Она нарушила международное право, и, невзирая даже на нормы ведения войны, продолжает геноцид украинцев.
Вторая аксиома: фашистская Россия не скрывает свою цель – уничтожить Запад, как цивилизацию. Особое место в списке врагов России – Украина и Польша. Кремль не видит места на карте мира для этих двух независимых, свободных стран.
Третья: в мире образовалась ось Зла. В неё входят тоталитарные, агрессивные страны, которые нацелены на передел мира. У них есть ресурсы, деньги и мощные информационные сетевые ресурсы. У них есть сеть агентов влияния и полезных идиотов на Западе
Четвёртая: главная ценность для граждан Европы от членства в Евросоюзе – мир и безопасность. Об этом говорят опросы. Всё, что хорошо для безопасности и мира, хорошо для всех членов Евросоюза.
Пятая: свободная торговля – самый выгодный, оптимальный режим добрососедства, экономического роста и развития. Торговые войны разрушительны для всех участников. В выигрыше – только номенклатурно-коммерческие фавориты.
Шестое. Сегодня Украина платит огромную цену жизнями своих героев, ведёт кровавую войну с российским агрессором. За свою свободу и право на жизнь. За мир и свободу Европы, за честь и совесть всего Запада. За два года войны её партнёры там и не сумели обеспечить украинскую армию необходимым для ведения такого рода войны оружием.
Блокаду польскими фермерами польско-украинской границы следует рассматривать сквозь призму этих шести аксиом. Важен также контекст общей аграрной политики Евросоюза, ситуация польского фермерства и аграрного рынка, политические тренды в Польше, а также режим внешней политики ЕС, в том числе Польши по отношению к России. Блокада польскими фермерами и аграрными лоббистами границы, дорог – это результат решений, действий очень многих организаций, сил и структур на протяжении многих лет. Назовём основные действия и решения, которые привели к нынешнему острому кризису.
Первый фактор – «Зелёный курс» (Green Deal) Евросоюза
Первое. Принуждение европейский с/х производителей к требованиям «Зелёного курса» (Green Deal) и выполнения цели «нулевая эмиссия к 2050 году» в рамках Общей аграрной политики (Common Agricultural Policy – CAP). На 2021-2027гг. она предусматривает выделение 387 млрд. Евро для «зелёного перехода». ~40% CAP – это расходы, связанные с климатической повесткой дня. В сельском хозяйстве ЕС выбросы метана от с/х животных составляют ~60% всех газов, 31% – от использования удобрений, 3% – от обработки земли. Соответственно Евросоюз взял курс на резкое сокращение животноводства, уменьшение площади земли для с/х обработки, ликвидацию субсидий на ископаемые виды топлива, повышение платежей за эмиссию париковых газов (де-факто введение налога). В Евросоюзе система выделения субсидий основана на площади с/х земель. 80% прямых платежей получают 20% самых крупных с/х производителей.
CAP на 2023-27гг. ввела более жёсткие экологические требования к с/х производителям, т. н. новую «зелёную архитектуру». Она предполагает экологически дружественную обработку земли, меры по предотвращению деградации почвы, защита биодиверсификации, снижение использования пестицидов, улучшение благополучия животных и повышения сопротивляемости к микробам защита пастбищ и торфяников. С таким набором требований практически никто в ЕС не может считать себя полноценным собственником земли. Принуждение к «зелёному переходу» существенно ухудшило положение малых фермеров. Для них дополнительные издержки, особенно в контексте дополнительного импорта с/х продукции из России и Украины – это прямой путь к банкротству. Речь идёт о миллионах людей в сельской местности, которые могут оказаться вне привычного для себя уклада жизни. Вот поэтому фермеры Евросоюза в 2024г. резко активизировались. Польские – в том числе.
В решении данной проблемы проявили и продолжают проявлять как чиновники/политики Брюсселя, так и национальные правительства. Фермеры через свои ассоциации с прошлого года пытались полюбовно, конструктивно договориться с местными и общеевропейскими властями. Однако чиновники игнорировали их. «Зелёный курс» для них превратился чуть ли не в библию. Фермеры, в том числе Польши, видя игнор властей, перешли в режим протестных акций.
Таким образом, первопричиной фермерского гнева, ярости и протестов стали решения Евросоюза. Вся эта «зелёная» эпопея зиждется на лженаучной спекулятивной почве. Злоупотребления околонаучными спекуляциями вздыбило не только с/х производителей Евросоюза, но посеяло раздор между развитыми и развивающимися странами. Вся эта «зелёная» тематика настолько забила мозги и информационное пространство стран G7/ЕС-27, что даже после двух лет геноцидной российской войны в Украине экспертное сообщество и элиты Запада продолжают считать климатические и погодные явления бó͘льшей угрозой, чем нацистская Россия. Протесты европейского фермерства направлены, прежде всего, против решений своих правительств и ЕС, но поскольку VIP-распорядители чужого устойчиво игнорировали требования фермеров, они решили ударить по чувствительным, болевым точкам. К сожалению, одной из низ оказалась Украины. Бастующим польским, немецким, голландским фермерам всё равно, что происходит в Украине. Им никто не объяснил, что украинцы кровь проливают, платят высочайшую цену, в том числе за их свободу и право заниматься бизнесом в мирной Европе.
Второй фактор – де-факто дырявый режим импорта с/х продукции
Второе. Режим импорта и транзита с/х сырья в Европейский Союз через его территорию. Европейский Союз гордится принципом верховенства права. Формально он является таможенным союзом с едиными правилами внешней торговли. Реальность сильно отличается от того, что на бумаге, особенно если речь идёт о такой чувствительной позиции, как с/х продукция. Абсурдом является то, что в условиях российской агрессии против Украины и Европы Россия может беспрепятственно ввозить с/х сырьё, которое напрямую конкурирует с украинским и польским.
Пропускная способность польских портов – ~12 млн. тонн зерновых. Сегодня из-за очень низких цен на с/х сырьё они сильно недогружены. Польша выращивает ~35 млн. тонн зерновых, Украина в среднем – более ~60 млн. из которых большая половина – кукуруза. За последние четыре года польские фермеры увеличивали производство кукурузы в три раза, потому что она была очень прибыльной. Сегодня, когда она очень дешёвая, на рынке паника, потому что фермеры вложились в производство товара, который резко подешевел.
По мнению министра сельского хозяйства Польши, проблема сейчас не в том, что украинские зерновые едут транзитом через Польшу, а в том, что оно идёт дальше в Европу, и там продаётся, а не выезжает на пределы ЕС. ~80% польского с/х экспорта приходится на страны Евросоюза. Сейчас поляков вытесняют из своих ставших традиционными рынками, в первую очередь, представители крупных международных агробаронов, которые производят зерновые в Украине и России. После зерновых на очереди сахарные войны, потому что цифры по импорту сахара в ЕС заставляют польских производителей бить в набат.
В 2021г. ЕС импортировал примерно один миллион тонн зерновых из России, в 2022г. – 900 тысяч тонн, в 2023г. – 1450 тыс. тонн. Самыми большими потребителями российского зерна стали Греция, Испания, Нидерланды, Литва и Латвия. Вот скандал и абсурд ситуации. Для России-агрессора разрешают делать то, что запрещают для Украины, которая является партнёром, союзником ЕС. Естественно, это пошатнуло цены на внутреннем рынке. Европейские фермеры также очень встревожены анонсированным договором Евросоюза с Mercosur. Эти страны – сильные экспортёры с/х сырья. На горизонте – торговые соглашения с Новой Зеландией и Австралией. В этих странах у производителей
Ещё один вопрос – выгода украинским фермерам от экспорта зерновых. Его львиная доля приходится на крупные международные аграрные трейдеры. Они работают так, используя в том числе схемы возврата НДС, что чистая выгода бюджету Украины остаётся мизерной. Малые и средние фермеры страны также практически не имеют доступа к имеющимся зерновым коридорам. Получается, что крупные международные аграрные бароны превратили Украину в источник сверхдешёвого с/х сырья. При помощи существующих схем оптимизации налогов и канализации поставок они оказывают огромное влияние на аграрные рынки Европы и мира. В случае Польши фермеры имеют более-менее упорядоченные внутренние правила поведения на рынке, но когда речь идёт о крупных аграрных баронах польские представители фермеров задают вопрос: «Украина просит денег у своих партнёров. А сколько денег в бюджет, на поддержку ВСУ передают те самые мощные аграрные ТНК, которые пользуются украинским чернозёмом, дешёвой рабочей силой и электроэнергией, а также не платят налоги?»
Очередная проблема импорта с/х сырья – дырявая польско-украинская, польско-российская граница. Это мнение не журналистов, в бывших и нынешних руководителей аграрного сектора польской власти. Даже Союз таможенников Польши официально заявил, что существующие таможенные процедуры не позволяют гарантировать жёсткий контроль над с/х импортом в Польшу. Импортёры в Польшу легко манипулируют понятиями «техническое зерно» или «технический рапс». Заместитель министра сельского хозяйства Польши Михал Колодзейчак (Michał Kołodziejczak) признал шокирующий факт, что точных данных относительно импорта такого рода продукции в Польшу нет. Формально технический рапс в Польше не перерабатывается, но поступает на общий рынок Евросоюза. Представители польских фермеров считают, что международные аграрные бароны умело используют лоббистов в Брюсселе, которые принимают законодательство под них.
Для Германии, Италии и Франции, которые прекрасно зарабатывают на продаже с/х техники за счёт дотаций из бюджета ЕС, импорт с/х сырья по большому счёту, не так страшен, потому что у них много денег для компенсации своим фермерам, а вот для других стран это превращается в угрозу массового банкротства.
Третий фактор – укоренившийся аграрный протекционизм
Европейское сельское хозяйство остаётся под мощным зонтиком торговых, тарифных и нетарифных мер. Свободного рынка здесь нет не только по отношению к странам вне Евросоюза, о также по отношению друг к другу. Невероятно сложное законодательство (план реализации Совместной аграрной политики ЕС 2023-2027 с описанием требований и рекомендаций – более тысяча страниц текста. Регламентируется каждый чих с/х производителя. Такая тяжёлая регуляторная нагрузка по плечу только крупным аграрным баронам. Они пишут законодательство в ЕС вместе с политиками и чиновниками. Такого рода номенклатурно-аграрный синдикализм вместе с лоббистами «зелёного передела» создают условия для ликвидации малого и среднего фермерства. Поскольку в Польше таких большинство, то они и проявляют такую активность. Для них продолжение нынешней аграрной политики ЕС в контексте с/х продукции из Украины и России – это вопрос жизни и смерти.
Есть и другая сторона данной проблемы. По данным Евростата сельское хозяйство в Евросоюзе производит только 1,4% ВВП (215,5 млрд. евро в 2022г.). Такая доля сохраняется в течение последних 20 лет. На сельское хозяйство приходится ~5% рабочей силы. Искусственная консервация дотационного, неэффективного, сильно синдицированного с/х производства означает дополнительные издержки на продукты питания каждого европейского домашнего хозяйства в сумме 700 – 1000 евро. В условиях кризиса стоимости жизни (cost of living crisis) удешевление с/х производства – это мощная поддержка самых бедных, у которых доля расходов на питание значительно больше, чем у людей с высоким доходом.
Сегодня аграрные производители Евросоюза представляют собой луддитов, которые противятся технологическим инновациям, а также открытой, честной конкуренции в глобальной экономике. Консервация такого сектора будь то под лозунгами экологического баланса, биодиверсификации, продовольственной безопасности или даже национальной безопасности (свежие заявления президента Франции Макрона) – это типичный неомарксизм в рамках Государства всеобщего интервенционизма.
К сожалению, в Евросоюзе наблюдается острый дефицит политической воли, смелости у Правительства и политических элит. Сегодня аграрный сектор ЕС – это как угольная промышленность Великобритании начала премьерства М. Тэтчер. В 1980-ые легендарная баронесса проявила политическую волю и решилась на системные, структурные реформы экономики Британии. Она выдержала шантаж шахтёров и вытянула страну из цепких лап марксистов и синдиката профсоюзов и неэффективных производителей-иждивенцев бюджета. Сегодня в Евросоюзе нет ни одной серьёзной политической силы, ни одного мощного лидера, который бы сделал то же самое с социалистическим сельским хозяйством Европейского Союза. Бензина в огонь добавляет растущие противоречие между странами с сильной зависимостью от с/х производства (Польша, Венгрия, Литва) с одной стороны и странами с ориентацией промышленности на глобальные рынки (Германия, Франция, Италия). Теоретически можно представить, как мощные аграрные бароны, работающие в Украине, договорятся в Брюсселе с правилами допуска на рынок Евросоюза. Однако это будут такие правила, которые похоронят легальное аграрное производство малого фермерства.
Четвёртый фактор – политическая и гражданская трусость элит
Четвёртый фактор, влияющий на состояние аграрного кризиса между Украиной и Польшей – политическая и гражданская трусость элит Евросоюза, а также ангажированность и неспособность украинского номенклатурно-аграрного синдиката играть по правилам Евросоюза. Трусость политиков и чиновников Евросоюза в целом и Польши в частности заключается в том, что они не смогли донести до своих избирателей, до протестующих общий баланс всей совокупности отношений между Украиной и Польшей, Украиной и Евросоюзом. Мы защищаем всю Европу от нацистского агрессора. Мы оказываем ЕС услуги по обеспечению мира и безопасности на континенте. За это поддержка Евросоюза за всё время полномасштабной российской войны против Украины составила 88,7 млрд. евро. Это примерно 0,4% ВВП Евросоюза 2023г. В среднем же годовая помощь Украине от ЕС составила ~0,2% ВВП. Это мизер с учётом того, что российский агрессор выделяет на войну ~$150 млрд. ежегодно.
Как Брюссель, так и Варшава могли за последних два года провести конструктивные переговоры со своими фермерами, чтобы не доводить ситуацию до такого кризиса. Одним из мощных аргументов было бы представление польским фермерам простого торгового баланса между Украиной и Польшей. В 2022г. поляки продали товаров в Украину больше на $3,74 млрд., в 2021г. – на $2,45 млрд., в 2020г. – более $3 млрд. Значит, любые формы торгового протекционизма – это удар по польским производителям, в том числе с/х продукции.
Какие бы ни были претензии польских фермеров к своему правительству и Брюсселю блокировка именно украинской границы – это, по меньшей мере, аморально и подло. Они не выбрали польско-российскую границу, не польско-немецкую границу, а границу с той страной, которая защищает, по сути дела, мирное небо над их страной. Какие бы ни были претензии к украинским аграрным экспортёрам, вопросы безопасности, поддержки Украины в войне, безусловно, имеют очевидный приоритет. Легко можно было спрогнозировать, что данный конфликт начнёт раскручивать и использовать в свою пользу нацистская Россия, вызывая и подогревая антиукраинские настроения в Польше и в Европейском Союзе в целом.
It takes two to tango. Когда искрит на торговой границе, как правило, есть обоснованные претензии к обеим правительствам. На украинско-польской границе искрило уже более года. За это время ответственные, дальновидные политики давно бы договорились до создания единой таможни на границе, до унификации правил перемещения товаров. Украинские власти должны были провести конструктивные переговоры, найти точки соприкосновения, выработать взаимовыгодные решения для обеих сторон. Надо было бы отойти от отождествления понятий «аграрные интересы Украины» с коммерческими интересами мощных аграрных баранов Украины, львиная доля которых де-юре представляет собой иностранные юрисдикции. Война – это как раз то время, когда нужно ломать старые схемы, которые являются источником обогащения единиц, а проблем для миллионов, в том числе для украинских вооружённых сил, для мягкой силы страны в целом.
Украинская аграрная политика, как и структура самого сектора – это позавчерашний номенклатурно-олигархический день. В таком состоянии он является не преимуществом, а скорее недостатком страны. Срочно нужны его глубокие реформы. Целесообразно делать их с теми, кто станет нашим надёжным партнёром не только в узком сегменте экономики, но и в реализации стратегии страны по обеспечения быстрого, долгосрочного экономического роста. Польша, как ни одна другая страна для этого подходит, особенно если принять во внимание, что после нашей победы нам вместе предстоит думать, как раз и навсегда ликвидировать угрозы с той территории, которую сегодня занимает российская империя зла.
Ярослав Романчук
Джерело: https://censor.net/ua/b3474993
You must be logged in to post a comment.