Обряд вызывания майдана

Игорь Яковенко: Ритуальные танцы в телевизоре по вызыванию третьего майдана увидела вся страна

Митинг у Верховной Рады вызывает сложные чувства в российской верхушке. Доминирующее чувство – радость. Это понятно. Про то, какое счастье в Кремле вызывает любой сгоревший сарай у Порошенко, я писал неоднократно. Обитатели Кремля, МИДа, Останкино постоянно с жадным нетерпением смотрят в подзорную трубу в сторону Киева, надеясь разглядеть там признаки третьего майдана. И в то же время российская политическая “элита” испытывает некоторое беспокойство, поскольку не понимает, что там, в этом Киеве происходит.

МИД России выпустил специальный пресс-релиз, в котором, с трудом скрывая радость, сообщают: “Вновь, как и четыре года назад, на площадях украинской столицы звучат призывы к отставке президента. Невольно возникает ощущение дежавю”. Конец цитаты.

У разных народов в древности существовали разные обряды вызывания дождя во время засухи. У одних пахали реку плугом, у других наряжали деревянную лопату в женскую одежду, называли ее “княгиня-лопата” и уговаривали дать дождь. Где-то ради живительной влаги убивали змей, где-то специально с этой целью разоряли вороньи гнезда. Но везде эти странные действия сопровождались ритуальными песнями и плясками, в которых ведущая роль отводилась колдунам и шаманам.

В России в эти дни совершали обряд вызывания третьего майдана. Это происходило в разных местах. У меня нет точных данных, как именно происходили камлания в Кремле и в МИДе. Возможно, Путин ночью бил в бубен и принес в жертву пару надоевших змей из ближнего круга, а Лавров, нарядившись деревянной лопатой, пахал плугом Яузу. В любом случае, об этом народу не сообщили. А вот ритуальные танцы в телевизоре по вызыванию третьего майдана увидела вся страна. Они прошли на нескольких площадках, но основное камлание случилось на канале “Россия 1”, где главный шаман России, Владимир Соловьев кликал майдан в ходе программы “Вечер” от 18.10.17.

Первым делом Соловьев очень старался прилепить к событиям в Киеве ярлык “козлиная революция”. Ярлык лепился плохо, все время отваливался, падал на пол. Соловьев его поднимал и снова приклеивал к событиям в Киеве, повторяя: “козлиная революция, козлиная революция”. При этом пытался изобразить козла лицом и голосом. У него получилось. Добился своего. Вслед за ним другие участники шоу стали повторять как заведенные: “козлы-козлы”. Бывшему депутату Верховной Рады Спиридону Килинкарову животноводческая аналогия так понравилась, что он решил ее углубить и заявил, что “таких (козлов) могли избрать только бараны”. Вероятность того, что Килинкаров когда-либо вернется в Украину, невелика, но, если это все-таки случится, надеюсь, граждане Украины вспомнят, как их называл их бывший избранник.

Помимо приклеивания ярлыка к событиям в Украине, Соловьев пытался решить еще две задачи: магическую и конспирологическую. С помощью магических заклинаний он и его свита очень старались навести на украинскую землю третий майдан, а с помощью конспирологии все время допытывался, кто же за всем эти стоит.

Член Совета Федерации Олег Морозов выступал несколько раз и говорил все время одно и то же. Про то, что “впереди – майданизация Украины”. Главная идея российского парламентария заключалась в том, что в Украине никогда в будущем не произойдет легитимная смена власти, что власть всегда будет меняться через инструменты уличного насилия. Эту же мантру, про то, что в Украине майдан – навсегда, повторяли и все остальные российские участники соловьевского шоу. Для такого вывода у них было два аргумента: первый, что так уже было в новейшей истории Украины, второй – что им этого очень хочется. Очевидно, что второй аргумент – главный. Ссылки на то, что раз в политической судьбе Украины важную роль сыграла улица, то она всегда будет главенствовать, мягко говоря, не очень состоятельны. Особенно, когда эти ссылки исходят от истеблишмента страны, в которой в сравнительно недавнем прошлом, в 1991 и 1993 годах, именно улица сыграла решающую роль, сначала в смене режима, а затем в его сохранении и укреплении.

Помимо радости предвкушения третьего майдана, в студии Соловьева наблюдалась некоторая растерянность. Дело в том, что сознание Соловьева поражено тяжелой формой конспирологического психоза. Он убежден, что в мире вообще не существуют люди, способные сами принимать какие-то решения, и совершать какие-то действия. За каждым человеком непременно кто-то стоит. Мир как сплошная очередь, как в советском гастрономе. Чуть ли не половину передачи Соловьев раз за разом восклицал: “Кто за этим стоит? Ну, скажите же мне, кто за этим стоит?!”. Причем, если сначала он задавал этот вопрос участникам шоу, то в конце, отчаявшись, задирал голову и взывал прямо сквозь потолок студии к небесам.

Причина, по которой Соловьев испытывал муки неизвестности, в том, что привычная схема объяснения всего, что происходит в мире, происками Госдепа в данной ситуации явно не срабатывает. И США и Европа относятся к сегодняшним событиям в Киеве вполне спокойно. Ну, требует кто-то в Киеве отставку Порошенко. И что? А в США масса народа требует импичмент Трампа. А в ФРГ кто-то грезит об отставке Меркель. И на улицы выходят, и карикатуры рисуют, и с полицией дерутся. Вот в КНДР никто отставки Ким Чен Ына не требует. И что теперь, брать всем пример с Северной Кореи?

Спокойствие Запада убедительно свидетельствует, что нынешние события в Украине имеют внутриукраинский характер. Что это довольно нормальная борьба внутри политических элит за передел украинского молодого политического поля. Причем, прилагательное “молодое” тут главное. Примерно так объяснил текущие события в Киеве украинский политолог Вадим Трюхан. Это вызвало несколько истерический смех у депутата Железняка и других “экспертов”. – Как?! Украина?! Сама?! Украинские политики?! Сами?! – Вот умора!!

За этим нервическим смехом и плохо скрываемой растерянностью проглядывала зависть к украинским политикам, которые, да, кричат, дерутся, создают и разрушают коалиции, ведут закулисные переговоры, делают глупости, но при этом они живут реальной политической жизнью, за которой российский политический класс может лишь с тоской наблюдать, привстав из своих могил, из которых состоит политическое кладбище путинской России.

Главное отличие внутриукраинской политики от российской в том, в Украине есть политическая жизнь, а всякий живой процесс интересен своей непредсказуемостью. В глубине российского политического кладбища тоже идут процессы. Гниения и распада. Эти процессы предсказуемы. Непредсказуем лишь момент, когда гниение приведет к окончательному распаду социальных тканей и рассыпанию трупа нынешнего режима.

Игорь Александрович Яковенко

Blogspot.ru